Отнятое право собраний

Введение

Полноценная реализация свободы собраний и свободы самовыражения имеет существенное значение для построения демократического и правового государства, где у всех людей есть равный доступ к свободе и эффективным гарантиям ее защиты.

Свобода собраний важнейшая составляющая демократической открытости. Свобода собраний как право коммуникации защищает свободное развитие независимого индивида в обществе.

В течение многих лет в Грузии практическая реализация свободы собраний для ЛГБТ+-сообщеста и активистов является системной проблемой, которая вызвана как изъянами законодательства, так и неэффективной, дискриминационной политикой государства.

В демократическом и правовом государстве свобода собраний и свобода самовыражения, плюрализм и принятие иного мнения являются основными признаками и основой демократического общества.

Свобода самовыражения – это фундаментальный функциональный элемент, которым обусловлено развитие общества и личностное развитие человека и который пресекает самоуправство власти. Без должного обеспечения свободы выражения мнения реализация других прав практически невозможна.

Свободное общество состоит из свободных индивидов, живущих в свободном информационном прстранстве, свободно мыслят, имеют независимое мнение и участвуют в демократических процессах, что подразумевает обмен мнениями и соперничество. Свобода самовыражения защищает не только ту информацию и те идеи, которые общество разделяет, не считает их оскорбительными, либо по отношению к которым оно индифферентно, но и те, которые вопринимаются любой группой общества и государством как оскорбительные, шокирующие и неудобные. Таковы требования плюрализма, толерантности и терпимости, без которых не может существовать демократическое общество.

Каждый человек индивидуален, уникален, что и создает возможность для прогресса и развития. Ни общество, ни власть не в праве диктовать людям, как развиваться, как самовыражаться, как выражать свое мнение и свои способности. Государство не должно ущемлять права граждан на основании аргументов «морали», а напротив – должно содействовать полной реализации свободы выражения мнения даже в тех случаях, когда содержание  мнения спорно и негативно воспринимается большинством.

В демократическом государстве невозможно вычленить или полностью идентифицировать соображения либо высказывания, которые были бы приемлемы для каждого человека или общества в целом. Государство не уполномочено разделять мысли на «правильные» и «неправильные», «желательные» и «нежелательные» категории.  .

Свобода собраний и манифестаций является одной из особых форм свободы выражения мнения, механизмом, способствующим реализации интересов и стремлений свободного и демократического общества, каждого его члена. Свобода собраний и выражения – коммуникативное право, которое может иметь как символический, так и инструментальный характер, например, может бытьиспользовано как инструмент культурнго развития, или с целью повышения видимости и презервации идентичности меньшинств.

По делу «Identoba v. Georgia» Европейский суд по правам человека пояснил, что «плюрализм и демократия основаны на истинном признании и уважении многообразия. Гармоничное взаимодействие как лиц, так и групп различной идентичности необходимо для достижения общественного единства».

Негативные и позитивные обязательства государства в отношении

использования прав собраний и выражения мнения

Осуществление свободы собраний и выражения мнения не должно сводиться к негативному обязательству государства – воздерживаться от несправедливого вмешательсва при применении права; на государство также возложено позитивное обязательство, согласно которому оно обязано осуществить защиту человека при использовании им прав собраний и выражения мнения. Государство обязано защищать мирное собрание от насильственных действий третьих лиц.

Создание условий для использования права проведения мирных манифестаций  является позитивным обязательством государства. Правонарушение, совершенное против такого мирного шествия требует незамедлительного правового реагирования.

По делу «Ärzte Für Das Leben v. Austri» Европейский суд по правам человека пояснил, что, «участники демонстрации должны иметь возможность пользоваться свободой собраний без страха перед возможным физическим насилием со стороны оппонентов. Подобные опасения могли бы быть препятствующим фактором для открытого выражения  мнения по поводу особенно контроверсивных для общества вопросов».

По делу «Alekseyev v. Russia» Европейский суд по правам человека пояснил, что, «если бы при демонстрации вероятность возникновения напряженности и проявления ненависти между оппозиционными группами становилась основанием для ограничения свободы собраний, то общество лишилось бы возможности выслушать отличное мнение, которое может и не совпадать с мнением большинства».

По делу «Baczkowvski and Others v. Poland», в рамках которого рассматривался вопрос о запрете на проведение гей-парада мэром Варшавы на том основании, что он является противником пропаганды «гомосексуального стиля жизни», Европейский суд по правам человека  выявил нарушение по части свободы собраний. Суд пояснил, что следует обратить особое внимание на такие практики, когда свобода собраний для определеннх групп рассматривается не как право, которое ограничивается лишь в исключительных случаях, а как привилегия, даваемая доминантными группами общества.

По делу «Ärzte Für Das Leben v. Austria» Европейский суд по правам человека пояснил, что «в демократическом обществе право контрдемонстрации не должно использоваться для ограничения использования права на проведение демонстрации».

Процессуальным обязабельством государства является полное и беспристрастное расследование фактов ущемления свободы собраний и выражения мнения, выявление и наказание прчастных лиц.

Право собраний – отнятое у ЛГБТ+-сообщества  право

В Грузии особо проблематична реализация свободы собраний именно для членов и активистов ЛГБТ+-сообщества. Они лишены возможности пользоваться правом собраний и выражения мнения, т. е. это право у них  практически отнято. ЛГБТ+-активисты с риском для жизни и здоровья годами борются за право безопасных собраний в публичном пространстве.

Публичные пространства заняты гомофобными и фашистскими группами, а любые попытки членов и активистов ЛГБТ+-сообщества воспользоваться свободой выражения мнения воспринимаются как «пропаганда разврата», что в насыщенном стереотипами и гомофобными настроениями обществе обостряет ненависть и провоцирует насилие по отношению к членам сообщества.

Городоские публичные пространства полностью оккупированы фашистскими группами и особенно сентиментально настроенными к ним духовными лицами, и на этих пространствах отмечают учрежденный  в пику Дню борьбы в гомофобией День святости семьи.

В течение многих лет члены и активисты ЛГБТ+-сообщества становятся жертвами мотивированных ненавистью преступлений гомофобных групп, что часто поощряется бездействием представителей власти.

Также в течение многих лет грузинские власти при содействии вышеупомянутых групп препятствуют ЛГБТ+-людям в реализации гарантированного им конституцией права собраний.  Используя ультраправые группы власть пытается посеять страх и перенести ответственность за мирное проведение собраний на ЛГБТ+-сообщество и активистов, защищающих их интересы.

Правительство не осознает тяжелые политические и социальные последствия гомофобии и не предпринимает эффективные шаги для ее искоренения.  В условиях контрдемонстраций фашистских и националистических групп государство не в силах обеспечить беспрепятственное использование сообществом меньшинств права  собраний и своим бездействием дает ксенофобным группам карт-бланш на насилие.

По делу «Identoba v. Georgia» Европейский суд  по правам человека (постановления которого по данному делу до сих пор не выполнены правительством Грузии) пояснил, что с учетом отношения части грузинского общества к сексуальным меньшинствам органы власти знали или должны были знать о возможных рисках, связанных с уличным шествием организации-истца в Международный день борьбы с гомофобией. Следовательно, власти были обязяны использовать все возможные способы, как то недвусмысленные публичные заявления до начала демонстрации 17-го мая 2012-го года, адвокатирование толерантной, примирительной позиции, предупреждение потенциальных правонарушителей о характере возможных санкций.

По причине отсутствия государственной антидискриминационной политики и воли защищать права ЛГБТ-сообщества обычной практикой грузинских властей является преждевременное прерывание манифестаций ЛГБТ-сообщества из-за контрдемонстраций либо отказ на проведение собрания. Например, 17-го мая 2020-го года День борьбы с гомофобией, трансфобией и бифобией был проведен в онлайн формате.

В плане поощрения гомофобии довольно опасный посыл содержит заявление от 17-го июля 2021-го года председателя партии «Грузинская мечта» Ираклия Кобахидзе. Он заявил, что с учетом контекста организатором Недели прайда следует отказать в проведении Марша достоинства

В плане дискриминационной политики и бездействия власти определенные параллели можно провести с Молдовой. Например, 21-го мая 2021-го года в Кишеневе несмотря на мобиллизацию многочисленного контингента поиции не удалось обеспечить защиту свободы собраний ЛГБТ+-сообщества и власть распорядилась прервать собрание до его завершения, мотивируя свое решение соображениями безопасности.

В течение многих лет государство не выполняет своих процессуальных обязательств по надлежащему расследованию мотивированных ненавистью преступлений.  Расследования предположительно мотиврованных ненавистью преступлений, совешенных против членов ЛГБТ+-сообщества затягиваются. Неясны проводимые в рамках расследований случаев нетерпимости следственные действия. Несмотря на истечение разумных сроков никто не признан обвиняемым и пострадавшим.

Политическая гомофобия 

В насыщенном стереотипами и суевериями грузинском обществе глубоко укоренились культурно и политически мотивированные гомофобные настроения, выражающиеся в ненависти к меньшинствам и их маргинализации.

Кроме отвращения к гомосексуальным отношениям, политическая гомофобия в Грузии обусловлена таким фактором, как пропаганда. Политическая гомофобия в Грузии – целенаправленная антизападная стратегия, осуществляемая поощряемыми правительством фашистскими и ультраправыми группами. Данные группы обладают обширным влиянием и поддеживаются со стороны государства.

В Грузии борьба за права ЛГБТК+ воспринимается как борьба против грузинских национальных ценностей, навязывание грузинскому народу западной развращенности и гей-пропаганда. Фактически, нарратив ультраправых, пророссийских групп заключается в том, что гомосексуальность является результатом гей-пропаганды.

Гомофобия для ультраправых сил – мощное оружие антизападной пропаганды. Семья и вера это те вопросы, которыми активно манипулируют авторы антизападной пропаганды.

Согласно распространяемому в Грузии гомофобному нарративу, запад является врагом семейных ценностей и православия, Россия же – их защитница и гарант. В течение последних лет эти мифы стали главной пропагандистской темой националистических, пророссийских и ультраправославных групп, таких как «Грузинский марш» и связанныя с ним Фейсбук-страница ALT-INFO.32

С инициативой официального запрета т. н. «гей-пропаганды» выступают ультраправые фашистские силы, которые в императивном тоне призывают правительство к незамедлительным действиям, прикрывая свои ксенофобские и пророссийские настроения стремлением защиты «святости семьи» и «национальных ценностей».

В плане политической гомофобии можно провести параллель с Россией, где с 2013-го года действует закон о запрете «гей-пропаганды», который под предлогом «защиты традиционных ценностей» используется для политической выгоды.

15-го июня 2021-го года парламент Венгрии принял закон, запрещающий распространение и обсуждение в школах информации, которая, по мнению власти, способствует гомосексульности и поощряет изменение пола.  Под запретом оказались телепередачи и фильмы, в которых фигурируют герои-геи, запрещено показывать даже флаг ЛГБТ. Подобные опасные прецеденты активно используются прорусскими и фашистскими группами Грузиии для «адвокатирования» принятия гомофобных законов, являющихся действенным инструментом дискриминации и гонения меньшинств.

Контрсобрания и дискриминационная политика их управления 

Закон Грузии «о собраниях и манифестациях» не поясняет понятие одновременных собраний, не касается вопросов их управления и не дает дефиниции их особой формы – контрсобраний. Согласно OSCE/ODIHR одновременными являются собрания, при которых два отдельных собрания запланированы на одно и то же время и проводятся в одном и том же месте.  Контрсобрания являются особой формой одновременных собраний. Их участники выражают протест против мнений, высказываемых на одновременном собрании.

На нормативном уровне грузинское законодательство не касается вопросов, касающихся управления контрсобраниями и превентивных мер, что создает высокий риск принятия своевольных решений со стороны правоохранительных органов.  Собрания и контрсобрания управляются властями по принципу политической целесообразности. Государство не разлючает мирных и не мирных участников, так как лица, совершающие насильственные действия не лишаются правовых гарантий, исходящих из свободы собраний.

Согласно стандарту OSCE/ODIHR, государство обязано защищать мирных манифестантов от насильственных и агрессивных действий участников контрсобраний.

На государство возложено позитивное обязательство содействовать мирным манифестантам в безопасном осуществлении права на свободу собраний.  Собрания, носящие агрессивный и насильственный характер, не могут быть оправданы свободой собраний и выражения мнения, так как согласно 21-ой статье Конституция Грузии защищает только свободу мирных собраний. Следовательно,  рассматривать в одном ключе мирных демонстрантов и агрессивно настроенных контрдемонстрантов значит противоречить Конституции Грузии.

ЛГБТ+сообшество лишено возможности практической реализации свободы собраний.  В Грузии прочно укоренилась практика, когды под предлогом «превенции» возможных опасностей государство не дает ЛГБТ+сообшеству разрешение на проведение собраний, либо прерывает их.

Заключение 

Как показывает анализ сободы собраний, в Грузии ЛГБТ+-люди и активисты сообщества лишены свободы собраний, не имеют доступа к публичным пространствам для безопасных собраний, потому что эти пространства полностью оккупированы поощряемыми государством гомофобными группами.

Отсутствие политики эффективного реагирования на факты насилия против ЛГБТ+сообшества и лояльное отношение государства к гомофобным группам поощряет насилие в отношение  ЛГБТ+сообшества и способствует его маргинализации.

Автор – Тамар Авалиани

Previous Story

Нино Маисурадзе: Я тоже здесь!

Next Story

Натия Утмелидзе: Я тоже здесь!

Последние новости